УДК 215:130.33 UDC 215:130.33
09.00.00 Философскиенауки Philosophical sciences
ТОЖДЕСТВО ФИЛОСОФИИ И РЕЛИГИИ КАК ВЫСШАЯ ЦЕЛЬ ИХ СТАНОВЛЕНИЯ
THE IDENTITY OF PHILOSOPHY AND RELIGION AS THE SUPREME DESTINATION OF THEIR BECOMING
БочковойДенисАнатольевич преподавателькафедрыфилософии
Bochkovoy Denis Anatolyevich
lecturer yn the Department of philosophy SPIN-код: 5298-0340 RSCI SPIN-code: 5298-0304
КубанскийГосударственныйАграрный Университет, Краснодар, Россия
Kuban State Agrarian University, Krasnodar, Russia
Внастоящейработерешаетсявопросо
соотношенииразличныхформпознания, такихкак
философияирелигиявонтологическомпроцессе,
подкоторымпонимаетсядиалектическоеединство становлениябытияимышления. Определение
логическойформыотдельныхстадийпознания оказываетсявозможнымтольковтомслучае, если ониестьособенныеформыопределениявсеобщей формыбытия, котораядлянихявляетсявсеобщим
содержанием. Особенноеопределениевсеобщей
формыбытияпосредствомотдельныхформ познаниясоставляетлогическуюнеобходимость онтологическогопроцесса. Егоподразделениена
тристадииопосредованоконкретно-историческим
воплощениемтрехлогическихформ, которымв
сферепознаниясоответствуют: искусство/миф;
религия/наука; философия. Наосновании
тождествасодержанияфилософииирелигии,
которымвыступаетвсеобщаяформабытия,
утверждается, чтоихтождествонапоследней
стадиистановлениякультуры, естьрезультат
реализацииданнойформывидееконкретного тождества. Ееконкретноепроявлениевовсех
аспектахбытияимышлениязавершаетсобой онтологическийпроцесс, превращаяегов
бесконечноопределеннуюпосвоейлогической формесистему. Идеяконкретноготождества,
котораяестьидеальнаяцельиактуальный результатстановлениябытия, неоставляявнем
ничегоабстрактногоинеопределенного, вполной
меревыражаетсебявидеальномпоформе,
всеобщемпонятии. Посколькувпонятии – субъект
иобъект, мышлениеибытие, духиприрода
окончательносовпадают, товсеобщеепонятиеесть
конкретноепроявлениевсеобщегосубъекта –
абсолютнойличности, вечноединойвовсехсвоих
атрибутах. Понятиеидеиконкретноготождества,
возникаянетольковфилософии, ноиврелигии –
вобразеабсолютнойличности, посредствомих
объединениянавысшейстадииразвития,
достигаетпредельнойточкисвоегоопределения
The article solves a problem of correlation of different forms of cognition such as philosophy and religion in the ontological process, which is refers as a dialectical unity of the becoming of being and thinking. The definition of the logical form of the individual stages of cognition appears possible only in
case that they are the special forms of determination of the universal form of being, which for them is a universal content. The special definition of the universal form of being through certain forms of cognition is a logical necessity ontological process. Its subdividing into three stages is mediated by exact historical incarnation of three logical forms, which in the sphere of cognition correspond: art/myth; religion/science; philosophy. On the basis of the identity of the content of philosophy and religion, which is the universal form of being, it is argued that their identity is at the last stage of the becoming of culture is the result of realization of this form in the idea of concrete identity. Its concrete manifestation in all aspects of being and thinking completes itself an ontological process, turning it into the system, which is infinitely determined by the logical form. The idea of concrete identity, which is the ideal purpose and actual result of a becoming of being, leaving nothing in it abstract and indeterminate, fully expresses itself in ideal by the form, the universal notion. Since in the notion of the subject and object, thinking and being, the spirit and the nature they completely coincide, then the universal notion is a concrete manifestation of the universal subject – the absolute person, eternally united in all their attributes. The concept of the idea of concrete identity, arising not only in philosophy, but also in religion – in an image of the absolute person, by means of their associations at the highest stage of development, reaches the limit point of its definition
Ключевыеслова: ФИЛОСОФИЯ, РЕЛИГИЯ,
ИДЕЯКОНКРЕТНОГОТОЖДЕСТВА,
ВСЕОБЩАЯФОРМАБЫТИЯ, ОСОБЕННАЯ
ФОРМАБЫТИЯ, ОНТОЛОГИЧЕСКИЙ
ПРОЦЕСС, АБСТРАКТНОЕТОЖДЕСТВО,
НЕГАТИВНОСТЬРАССУДКА, ДИАЛЕКТИКА,
АБСОЛЮТНЫЙИДЕАЛИЗМ, ПОНЯТИЕ,
КОНКРЕТИЗАЦИЯБЫТИЯ
NEGATIVITY OF REASON, DIALECTIC, ABSOLUTE IDEALISM, NOTION, CONCRETIZATION OF BEING
Великая научная идея редко внедряется путем постепенного убеждения и обращения своих противников, редко бывает, что «Савл становится Павлом». В действительности дело происходит так, что оппоненты постепенно вымирают, а растущее поколение с самого начала осваивается с новой идеей.
(М. Планк)
Я вижу эти ужасающие пространства вселенной, которые заключают меня в себе, я чувствую себя привязанным к одному уголку этого обширного мира… Я вижу со всех сторон только бесконечности, которые заключают меня как атом, я как тень, которая продолжается только момент и никогда не возвращается.
(Б. Паскаль)
Идея тождества философии и религии, уходя своими корнями к
истокам традиции всей западноевропейской культуры, незримо в ней
присутствуя на протяжении многих поколений мыслителей, начинает все
больше себя обнаруживать на последних стадиях историко-философского
процесса. В большинстве тех философских концепций, где идея тождества
получает свое наиболее полное выражение, в ее основании полагается
общность содержания философии и религии. Обе они высшим предметом
своего познания находятвсеобщее кактаковое, илиабстрактное тождество
всех моментов бытия и мышления, под которым понимается идея
абсолютного начала. Возможность достижения подобного тождества
базируется на том, что всеобщее, как основной предмет их познания,
принимает различную форму в зависимости от того, чьим содержанием
оно выступает. Однако сама идея тождества требует допущения, что есть
единое начало бытия, которое являясь всеобщим, определяет себя в
различных формах познания. Из данного положения необходимо должно
следовать, что различные формы познания, в том числе философия и
религия, есть особенные определения всеобщей формы бытия, которая
через них реализуется в форме конкретного тождества, включающего в
себя все содержание культурно-историческом процесса. Поскольку целью
познания выступает достижение полного тождества со своим предметом,
то все особенные формы, в конечном счете, должны находить в нем свою
всеобщую форму, в которой форма и содержания знания полностью
совпадают. Однако в истории философии отсутствует четкое понимание
того, что предметнымсодержанием всехформпознания являетсявсеобщая
субъективного мышления, выражающего ее в форме понятия. Признавая,
что всеобщее является общим содержанием философии и религии,
большинство философских систем, не делают необходимый вывод о том,
что конкретное тождество, диалектическое единство всех форм познания в
онто-логическом процессе, опосредует собой всеобщая форма бытия, как
предмети, вместе стем, субъект ихособенногоопределения.
В результате подобной трактовки, тождество различных форм
познания, становится возможным только на уровне содержания, которое
оставаясь за пределами их самих, является абстрактным и
неопределенным, что несоответствует основнойцели познания. Притаком
решении вопроса о форме предмета познания, оно теряет значение
целостного процесса, связывающего отдельные его формы в
прогрессивное развитие всеобщих знаний. Именно поэтому данная тема
становится особенно актуальной насовременном этаперазвитиякультуры,
поскольку возникает потребность в интеграции различных областей знаний, с целью их конкретизации в целостную систему, выражающую
собой смысл всего онто-логического процесса. В этих условиях,
дальнейшее движение в сторону создания системы конкретно-всеобщих
знаний, которая бы выражала логическую форму диалектического
развития мышления и бытия, невозможно без взаимного определения
указанных форм познания в качестве моментов конкретного тождества,
включающего их в единый процесс становления. Основная задача
настоящей работы состоит в обосновании конкретного тождества отдельных моментов онто-логического процесса, содержащего как стадии
становления бытия, так и формы мышления, которые, в данном
отношении, имеют всеобщую онтологическую значимость. Решая такую
важную задачу, необходимо показать не только содержательное единство
философии и религии, при условии непреодолимого различия их формы,
но и обосновать возможность их объединения на базе идеи конкретного тождества, в которой форма и содержание достигают диалектического
единства, становясь идеальными моментами неизменной реальности того
единого абсолюта, что для всех абстрактных сторон бытия и мышления,
является высшей целью конкретизации или становления. Актуальность
работы опосредована тем, что прежние метафизические теории, понимали
свой предмет только как абстрактное тождество, т. е. некое абстрактное,
тождественное себе и неизменное начало, предельное основание бытия и
мышления, для которого весь онто-логический процесс не имеет какой
-либо логической, идеальной цели, поскольку «в-себе» бытие абсолюта,
вечно обладая идеальной формой, не нуждается в ее реализации за
пределами неопределенности своего потенциального содержания. В свое
время с диалектики Гегеля начинается обоснованная критика прежней метафизики с ее идеей абстрактного тождества абсолюта. По словам
субстанцию только, но равным образом и как субъект» [5, с. 16].
Всеобщий субъект «сообщает определенности наличное бытие…и тем
самым есть подлинная субстанция бытия или та непосредственность, у
которой нет опосредования вне ее, но которая сама есть это
опосредование» [5, с. 25]. Теперь же перед философией стоит задача
определить его как цель и результат становления бытия и мышления в онто-логическом процессе, который достигает этой цели во всеобщем
признании идеи конкретного тождества. Возникая только в результате
процесса становления, всеобщее, как синтез всех его стадий, делая их
идеальными моментами своего бытия, реальность которых опосредована
диалектическим единством, предстает в форме конкретного тождества
основных форм познания, прежде всего, философии и религии. В данной
работе необходимо показать, что в идее конкретного тождества, все они
находят свое завершение, реализуя ее конкретно-всеобщее бытие. Таким
образом, предметом и целью познаниядолжно статьконкретное тождество
всех его форм, которые, становясь моментами диалектической идеи, в
истинееебытиянаходят своелогическоезавершение.
Философия и религия как одни из основных форм познания выражают особенное определение общего им предмета. Форма религии и
философии заключаетв себеопределенный, присущий им способ познания
всеобщего содержания. В свою очередь каждая форма познания есть
определенный способ отношения субъекта и объекта в пределах их тождества на уровне знания, как идеального содержания, в котором
начало ицельпознания полностьюсовпадают. Посколькуформа познания,
находясь впределахданного тождества, неотделимаотсодержания знания,
ее определение должно состоять в анализе особенных моментов становления указанных форм. Абстрактно-теоретическое познание
логических форм философии и религии, возможно только путем анализа
всего культурно-исторического процесса, выявляющего его логические
основания. В ходе познания, всеобщие формы духа освобождаются от
абстрактного тождества с непосредственным содержанием бытия,
утверждая себя в мышлении как его собственное логически-определенное
содержание. Через логическое определение истории мышление реализует
те формы, которые составляют его потенциальное содержание. Из
непосредственного тождества с собой, в котором логически-возможные
моменты не имеют должного определения, мышление переходит к стадии
противопоставления себя своему объекту. Выходя за пределы своего
абстрактного тождества на стадии отрицания, мышление находит вне себя
те моменты логической формы, которые составляют его потенциальное
содержание. Через взаимное отрицание и абстрактное соотношение бытие
и мышление утверждают себя в качестве объекта и субъекта познания.
Логически возможные формы мышления, такие как религия и философия
качестве объектов познания, посредством деятельности мышления
которое, отрицая тождество с собой на второй стадии становления,
разделяется на субъект и объект, ограниченные их абстрактным
соотношением. Таким образом, те формы духа, что, являясь частью
культурно-исторического процесса, составляют предмет познания
субъективного мышления, должны предстать в виде его собственных,
логически необходимых форм. В этом и будет состоять их всеобщее
познание, как конкретное тождество субъекта и объекта, мышления и
бытия, логического и исторического, идеального и реального. На этой
стадии мышление постигает формы духа как свое собственное актуальное содержание. Тем самым дух как форма, организующая непосредственное
содержание бытия, то есть снимающая себя в качестве абстрактной, не
определенной «в-себе» субстанции, достигает тождества с собой в тех
всеобщимиформами, чтоопосредуют егобесконечнуюопределенность.
На стадии особенного определения, всеобщие формы духа, вступают
в тождество с конкретно-историческим содержанием бытия, образуя ряд
отдельных его моментов. Посредством мышления, которое обнаруживает
себя на данной стадии онто-логического процесса, отчуждаясь от своего
содержания, всеобщие формы духа получают особенное определение,
конкретизируясь «в-себе» на ряд особенных моментов. Само мышление,
находя особенные формы духа за пределами своего бытия, в виде
отдельных моментов культурно-исторического процесса, снимая его
абстрактную неопределенность, деонтологизирует себя, выступая как
форма чистого самосознания. При этом «обладающий самосознанием
дух», «не только вышел за пределы» наличного бытия «и перешел в
другую крайность – к своей рефлексии в самое себя, лишенной
субстанциальности, но и вышел за пределы этой же рефлексии» [5, с. 14].
В постоянном снятии неопределенности бытия, мышление отрицает свою
собственную, тождественную себе, – абстрактную форму, присущую ему
на первой стадии становления. Теперь оказывается, что непосредственное
содержание бытия в его полной неопределенности и, абстрактная форма
мышления, в которой также нет ничего определенного, находятся в
абсолютном тождестве. Давая абстрактное определение объективному
миру, мышление не просто переносит во вне свои субъективные формы,
которые «вечно в нем прибывают», но снимает неопределенность первой
стадии своего становления, разделяясь на субъект и объект. Поэтому все
содержание субъективного мышления, логические категории, не даны
изначально, но возникают только на второй стадии данного процесса,
когда происходит отрицание абстрактного тождества первой стадии,
которая в познании всегда выступает как его предмет – независимое от
мышления бытие. Познание есть процесс преодолениятогоразрыва между
субъектом и объектом, мышлением и бытием, который опосредует их
мышление как «трансцендентальный субъект», абстрагируя себя от своего
формально-логического содержания, делает его предметом познания.
Поскольку субъект здесь является абстрактным, изначально имея только
отрицательную определенность по отношению к объекту, познание
логических форм превращает их в законыформальной логики. Теперь уже
не только чистая субъективность, но и ее рассудочные понятия
противостоят тому, что как первая стадия, составляет онтологическую
основу формально-логического мышления. Такой основой может быть
только исходное непосредственное единство – чистое бытие, своей
абсолютной неопределенностью, отрицающее все логически-возможные
определения. По определению Гегеля, чистое бытие есть «абсолютная
индифферентность или тождество» не представляющее собой «ничего,
кроме мысли в ее чистой неопределенности» [3, с. 217-218]. Таким
образом, все логические определения концентрируются в области
субъективного мышления выходящего за пределы абстрактного бытия.
Мышление не зависит от онтологической основы, поскольку все его
определения производны от абстрактного отрицания неопределенной формы тождественного себе, налично-данного бытия. Субъективность
остается абстрактной до момента ее бесконечной конкретизации, пока в
ней присутствует неопределенность чистого бытия. То есть, внешняя
граница мышления, опосредующая его абстрактность, оказывается
неопределенным моментомсамого абстрактно-всеобщего.
Таким образом, непосредственное содержание бытия получает
логическое определение в субъективном мышлении через абстрактное разделение на субъект и объект. Поскольку же логические формы
принадлежат субъективной сфере, но все они возникает в связи с данным
разделением, то выступая в качестве форм объективной реальности, они
получают отчужденное от себя, своей основы – абстрактное определение.
Понимание субъективных форм в качестве логической структуры объективного мира, внешнего по отношению к мышлению, составляя
основу научного метода, является результатом их определения в качестве
конечных, ограниченных в своем онтологическом и познавательном
значении. С точки зрения более высокой стадии становления, конечное
определение бытия, опосредованное его абстрактным разделением на
субъект и объект, мышление и бытие, идеальное и реальное, необходимо
для возникновения особенных, более конкретных моментов всеобщих
форм. Через выявление особенных форм в непосредственном содержании
бытия, мышление как одна из них – частное проявление всеобщей формы,
вступает на вторую стадию онтологического процесса, становясь
актуальным. Тем самым познание культурно-исторического процесса
через определение его моментов, есть вторая стадия актуализации
всеобщих форм, на которой они получают особенное определение,
особенные моменты всеобщих форм, будучи абстрактными и находясь в
пределах субъективного мышления, не образуют конкретного тождества.
Ограничиваясь анализом эмпирического материала истории невозможно дать всеобщее определение высших форм духа: религии и философии.
Необходимо чтобы все особенные моменты их развития были организованы в логическую систему. Система есть конкретное тождество
всех элементов, идеальное по форме, но реальное по своему содержанию,
поскольку обладает всеобщей логической структурой. Организованные в
логическую систему все ее элементы, через свое соотношение в форме
конкретного тождества, опосредуют проявление всеобщих форм. Их
актуализация в субъективном мышлении, как всеобщая цель познания,
завершает процесс конкретизации – особенного определения наличного
содержания бытия и становления. Для полного их познания в сфере
субъективного мышления, необходимвыходзапределыстадииособенного
определения, когда все логически-возможное становится актуальным в
форме конкретного тождества. Логическая форма, как онтологическая
основа, полагает себя в качестве идеальной субстанции, бытие которой
есть понятие, только в конце гносеологического процесса. Самопознание
составляет сущность ее бытия. Данное положение служит основой
абсолютного идеализма, вступая в антагонизм с принципами, согласно
которым, не имеющая логической формы субстанция, составляющая
основу всякого единичного бытия, непостижима в понятии, т. е. не
соответствует своему понятию, образуя собой сферу конечного «в-себе»
бытия. Само мышление есть момент особенного определения всеобщей
формы на второй стадии ее становления. С переходом на третью стадию,
мышление перестаетбытьабстрактным, конкретизируясь со своей основой
как идеальный момент ее особенного определения. Познав себя в качестве
момента содержания единой субстанции, и опосредуя собой ее идеальную
форму, мышление становится не менее онтологически-реальным. Религия
и философия получают свое всеобщее определение в качестве отдельных форм познания в пределах второй стадии онто-логического процесса. В
истории философии можно выявить несколько подходов к определению онтологического статуса логических форм. Поскольку сама философия
представляет собой одну из всеобщих форм бытия, степень ее познания
или логической реализации находит выражениев тех тенденциях, которые
преобладают на отдельномэтапе историко-философского процесса. Пока в
содержании отдельной теории, философия не достигнет понимания себя
как одной из логических форм, то есть пока, как всеобщая форма, она не
станет своим содержанием, утверждая их конкретное тождество в виде
системы, нельзя говорить о ее завершении. Для этого философия должна
определить не только себя, но и каждую логическую форму, в качестве
своего всеобщего содержания. В конечном счете философия должна
идеальную сущность в субъективном мышлении. В пределах данного
тождества форма, не переставая быть всеобщей и объективной, выявляет
себя также как содержание субъективного мышления, которое становится
не просто формальным, но онтологически-реальным, реализуя в себе
логику бытия. Цель становления философии, состоящая в познании ее
всеобщей формы, или ее самопознание в качестве данной формы через
достижение тождествасо своим содержанием, вполной мере раскрывается
лишь на последней стадии онто-логического процесса, когда другие его
моменты, не достигая формы философии как логической основы бытия,
познающей себявпонятии, выявляютсвоюограниченность.
В качестве особенных моментов историко-философского процесса, в
которыхвсеобщая форма философиинаходитсвоеособенноеопределение,
последовательно конкретизируясь (срастаясь) с историей, выделяются
только те философские направления, что по-разному трактуют природу
логических форм. Под логическим, формой или идеей здесь понимается
организующий принцип бытия, предельно определенное и определяющее
начало. Логическая форма «в-себе» не содержит ничего абстрактного и
неопределенного, до бесконечности определяясь в конкретном тождестве
или системе своих моментов, каждый из которых также предстает как
бесконечная по своей внутренней определенности (форме) и количеству
элементов (содержанию) – система. Сама всеобщая логическая форма
бытия выступает как главный предмет философского познания. В
зависимости от формы особенного определения всеобщего содержания философии, ее собственная всеобщая форма получает подобное особенное
определение, выделяясь в отдельное философское направление. Можно
выделить несколько направлений, которые по разному трактуют
онтологическое значение логической формы бытия, давая определение
всеобщей форме философии через подразделение ее на ряд особенных моментов. В виде логической структуры историко-философского процесса
они предстаютследующимобразом: 1) объективныйидеализм; 2) философияэмпиризма;
3) трансцендентальныйидеализм; 4) абсолютныйидеализм.
Первые три направления реализуют особенные моменты становления всеобщей формы философии, предметным содержанием
которой является логическая форма бытия. Давая ей особенное
определение, – устанавливая ее онтологический статус, по-разному решая
вопрос о сущности логического, они, в своем закономерном развитии,
стремятся выразить всеобщую форму философии, которая, вместе с
искусством/мифологией и религией/наукой, есть особенная форма бытия,
направленная на познание его всеобщей формы. Поскольку содержанием
должна статьактуальной черезопределение своих моментов, тоособенные
формы бытия относятсяк его, требующей познания всеобщей форме, как к
своемуединственномусодержанию.
В частности объективный идеализм, как основное направление
античной философии, наиболее полным образом реализуясь в учении
Платона, по своему основному содержанию, во многом соответствует
религиозной форме познания. Объективный идеализм, не важно в какой
форме он предстает: религиозной или философской, – всегда исходит из
принципа объективности логической формы бытия. В отношении
субъективного мышления данная форма есть не только высший предмет абстрактно-теоретического познания, но и, как источник всего бытия, –
объект религиозного поклонения. Идея, по Платону, как непосредственное
единство истины и бытия, имея статус абсолютной реальности, находится
с бытием в непосредственном, абстрактном тождестве, вечно пребывая за
пределами познающего мышления, и, как следствие, того эмпирического
мира, что является содержанием его чувственного познания. Познание
абстрактной идеи, поскольку она есть тождественное себе бытие,
опосредованно непосредственным созерцанием, в форме абстрактного
тождества мышления и бытия. При этом мышление не опосредует собой
бытие идеи, а напротив, чтобы познать, стать причастным ее истине,
должно потерять свою субъективнуюформу. Таким образом, объективный
идеализм, отождествляя идеюс вечным, трансцендентнымбытием, лишает
ее логической определенности, поскольку логическое, как таковое, не
должно отрицать собой бытие мышления, в котором оно себя проявляет.
Чтобы иметь логическую определенность, бытие идеи не должно быть
абстрактным, иначе она не будет формой бытия. Полагая логическую
форму за пределы субъективного мышления, объективный идеализм дает
ей абстрактное определение, понимая, прежде всего, как тождественное
себе бытие. Стремясь мыслить идею как единственное начало логической
определенности и форму всех вещей, он ограничивает ее, возводя в статус
единой субстанции, – онтологической основы, неопределенной по своему
содержанию. Поскольку идея как логическое начало должна быть
абсолютной формой, в которой нет непроявленных, абстрактных
моментов, то оказывается, что субстанция объективного идеализма не
является в полной мере идеальной. Тем самым идея не получает того
определения, что соответствует ее понятию, она предстает в форме бытия,
совершенно независимого от мышления. Все логическое содержание
мышления проистекает извне, из сферы абстрактного бытия идеи, через
метафизическое отрицание формы мышления в непосредственном тождестве субъекта и объекта познания, исчезающих в религиозно
-мистическом созерцании, которое есть состояние вечного пребывания
непроявленной идеи в себе самой. Но и идея, ограничиваясь сферой
может считаться абсолютной. Поскольку объективный идеализм на всех
этапах развития, не достигает обоснования идеи в качестве абсолютной
субстанции, но напротив, ограничивает ее абстрактным определением,
согласно которому видееприсутствует нечто неидеальное – невыразимое
в понятии и не сводимое к логической форме, то в нем самом содержится
предпосылка для появления того философского направления, что
продолжая развивать тенденцию ограничения идеи, отрицает исходные
принципы идеализма.
На смену объективному идеализму античности и средневековья с ее религиозным догматизмом, приходит философский эмпиризм эпохи
Возрождения и Нового времени. Основной предпосылкой его появления
служит абстрактное определение объективной идеи, ограничивающее ее
идеальное бытие. Философия схоластики, догматизируя все содержание
религии, делает идею предельно абстрактной, т. е. ограничивает ее своей
собственной формой. Поскольку в пределах религии содержание идеи,
вступает в наиболее острое противоречие с ее формой, то единственная
возможность разрешения данного конфликта теперь состоит в том, что
ограниченная в своих пределах идея, должна вступить в эмпирическую
реальность. Только в религиозной культуре форма идеи становится
настолько абстрактной, что неизбежно вступает в антагонизм со своим
всеобщим содержанием. Наступает момент, когда идея должна выйти за
свои собственные, установленные религией абстрактные пределы и, через
противоречие с ее догматической формой, отбросив религиозную картину
мира, обнаружить свое конкретно-всеобщее содержание. Христианская
идея боговоплощения, как абсолютное содержание, заключенное в форму
религии, постепенно выходит за ее предел, реализуется в конкретно
-историческом мире – познавая себя не только в пределах абстрактного
бытия, но и в эмпирическом восприятии субъективного мышления.
Понимание идеи как формы бытия, которая находит необходимое
воплощение в объективном мире, дает начало широкому развитию
естественных наук в эпоху Нового времени. Именно в рамках
христианской религиозной культуры, заложившей основы европейской
цивилизации, совершается переход от неизменных форм догматизма к
построению научнойкартинымира. Темировые религии, в которыхформа
и содержание совпадают, находясь в абстрактном тождестве, не имея
требующих снятия противоречий, не содержат в себе предпосылок для
перехода к более прогрессивному способу познания и общественной жизни. Только религия, абсолютная по своему содержанию, вступая в
противоречие со своей абстрактной формой, создает необходимую
предпосылку для перехода мышления на уровень более конкретного определенияидеи.
естествознания и всей современной науки. Сущность данного метода, в
отличие от способа получения знаний в античной и средневековой науке,
состоит в применении математических инструментов для регистрации и обобщения фактов эмпирических наблюдений. С помощью
математических величин наука берется за описание природных явлений,
ограничиваясь измерением их количественных параметров, не постигая
качественную сторону и сущность предмета. Сам математический метод,
играя определяющую роль в развитии эмпирических наук, как не странно,
своим появлением обязан не философии эмпиризма, в лице Ф. Бэкона, но
учению представителей рационализма, которые, в тот же период времени,
выдвигали совершенно иные идеи. Именно в учении Р. Декарта, как
основоположника новоевропейской метафизики, не только признается
значение математики в научном познании, но универсальность ее метода
получает философское обоснование. Решая с позиции рационализма ряд
общих философских проблем, Декарт исходит из принципа абсолютной
достоверности самосознания субъекта, которое выступает основой для
получения истинных знаний: «И, заметив, что в истине положения Я мыслю, следовательно, я существую меня убеждает единственно ясное представление, что для мышления надо существовать, я заключил, что
можно взять за общее правило следующее: все представляемое нами
вполне ясно и отчетливо – истинно» [7, с. 269]. Декарт рассматривает
сознание как динамичное, развивающееся целое, имеющее устойчивое
существование не в своих идеальных образованиях и не в физических внешних условиях, а единственно в самом себе как чистом самосознании.
К предмету мышления относится такое содержание сознания, которое «…находится в нас таким образом, что мы об этом непосредственно
знаем» [12]. Таким образом, конкретная мысль производна от духовной
активности знающего себя – чистого мышления, представляя собой
определенную форму отношения последнего к предмету чистого ощущения. Так как самоочевидность бытия субъективного мышления,
имеющего свою онтологическую основу в акте самосознания, выступает
критерием для всякого достоверного знания, истинная идея, по его
образцу, должна быть ясной и отчетливой. Тем самым мышление
постулируется в качестве всеобщей субстанции, в решении вопросов
познания независимой от объективной основы бытия: «Из этого я узнал,
что я – субстанция, вся сущность, или природа, которой состоит в
мышлении и которая для своего бытияне нуждаетсяни в какомместе и не зависит ни от какой материальной вещи» [7, с. 269]. Посколькумышление
в аспекте его познавательной деятельности есть субстанция, оно
определяет собой все содержание достоверного (удостоверенного им)
знания. Вместе с субъективным мышлением, субстанциальное значение
приобретают присущие ему, «врожденные» идеи, не опосредованные
«интеллектуальной интуиции». Среди них, особое значение приобретают
понятия математических величин. В качестве имманентных мыслящей
субстанции, эти идеи есть форма самого бытия, – необходимые моменты
егологического определения. Всвоюочередь данныеопытапредстаюткак
то непосредственное содержаниебытия, которое входе научногопознания
должно получить необходимое определение. Согласно рационализму
Декарта, логические формы опосредованы в своем бытии субъективным
мышлением, но поскольку оно есть проявление мыслящей субстанции,
независимой от объективного мира, то они не являются всеобщими. Тем
самым познание, не воплощая всеобщей субстанции, достигает свою
предельную цель абстрактном определении эмпирического содержания бытия в границах субъективного мышления, для обоснования им себя в
качестве формально-всеобщего, определяющего начала. Именно такое
положение субъекта, когда он опосредует собой появление логической
формы бытия, отрицающая собой его наличное содержание, дает ему
возможность, как более высокой стадии становлении, находится вне
природы, господствуя над ней в онто-логическом (теоретическом и
практическом) отношении. Тем самым всеформы мышления, находящие в
субъекте субстанциальное основание и актуальные только в его пределах,
должны определять собой эмпирическую реальность, став инструментом
научногопознания.
В данном контексте под наукой следует понимать не познание сущности бытия в виде системы его логических форм, которые
раскрывают себя в мышлении – высшей форме их проявления, но
рассудочное определение объективной реальности. В результате такого
определения, бесконечное в своей неопределенности бытие, получает
конечное определение за счет применения математических величин,
производных от абстрактной формы субъективности. Субъект познания,
сохраняет свою абстрактную форму по отношению к объекту,
ограничивая его математическим определением в качестве конечного и количественно измеримого. Но абстрактное положение субъекта
ограничивает не только объект, но и объективность логических форм
субъективного мышления. Тем самым математика не может претендовать
на онтологическуюзначимость своихвеличин, всеони выражаютсобой не
истинное, но правильное знание: «Если мы теперь обратимся к вопросу,
является ли евклидова геометрия истинной, то найдем, что он не имеет
смысла. Это было бы все равно, что спрашивать, какая система истинна –
метрическая или же система со старинными мерами, или какие
координаты вернее – декартовы или же полярные. Никакая геометрия не
может быть более истинна, чем другая; та или инаягеометрия может быть
только более удобной» [11, с. 41]. Не менее относительно и эмпирическое
естествознание, которое опосредованно в своих результатах применением
достижение абсолютного знания в котором мышление и бытие, понятие и
предмет полностью совпадает, позволяет сохранять абстрактное
положение субъекта, возвышая его над природой, не только в
теоретическом, но и практическом отношении. На всеобщем уровне это
означает, что логическая форма субъективного мышления, определяет
собой непосредственное содержание бытия. Это происходит через
познание и практическую деятельность человека. Но поскольку сама
форма является абстрактной, как идеальное содержание мышления не
обладающее собственным бытием вне бытия субъекта, то результатом
такой деятельности являются конечные по содержанию определения:
научные знания и созданные на их основе технические средства. Само
снятие неопределенности содержания бытия или природы, означающее
переход на более высокую стадию становления, опосредовано появлением
абстрактного субъекта, как субстанции «априорных» логических форм.
Конечные формы мышления, отрицая собой первичную неопределенность
бытия, формируют его конечную определенность, производя переход на
вторую стадию онтологического процесса. Если рационализм эпохи
Нового времени служит основой для формирования научного метода, то
эмпиризм прежде всего заинтересован в его практическом применении в области естествознания. Наука как отдельная форма возникает на основе
метода философии рационализма, и только затем философский эмпиризм
реализует данныйметода втеоретическихи практическихцелях.
Теоретическую основу эмпиризма как непосредственного начала науки, составляет не всегда очевидная идея общего закона, согласно
которому эмпирическая реальность, в теоретическом и практическом
плане, должна подчиняться формально-логическим понятиям
субъективного мышления. Признается, что только через тождество
субъекта и объекта, мышления и эмпирического восприятия, достигается
достоверное научное знание. В этом отношении эмпиризм идет дальше
рационализма, не ограничиваясь субъективной достоверностью наиболее
истинных знаний, но требуя их опытной верификации. Подобного рода
верификация возможна при условии, что субъект и объект не находятся в
абстрактном соотношении и между ними, на эмпирическом уровне,
должна происходить взаимосвязь. Но чтобы обосновать необходимость
хотя бы эмпирического, – частного и относительного тождества, как
условия возможности науки, – эмпиризму потребовалось освободиться от
теории врожденных идей, из которой рационализм выводил содержание
научного метода. Поскольку истинное знание возникает как продукт
тождества, а под истиной понимается логическая форма бытия, –
формальное его определение, то само по себе субъективное мышление не
может содержать данную форму. Признавая вслед за рационализмом Р.
Декарта, абстрактность субъекта, эмпиризм английских мыслителей Дж.
субстанциальность субъективного мышления. Переставая быть
онтологической основой неизменных логических форм, субъект лишается
их изначального присутствия в своем мышлении. Следовательно, согласно
эмпиризму, форма бытия изначально не содержится в мышлении как
идеальной субстанции, но, поскольку таковой субстанции фактически не
существует, возникает в результате познания. Деонтологизация формы
происходит не только через ее отрицание в качестве неизменного содержания одной из идеальных субстанций: объективной как у Платона;
субъективной как у Декарта. Само мышление, лишаясь статуса
субстанции, перестает быть источником идеальной формы бытия.
Абстрактное и субъективное мышление в результате познания, не
достигаеттождествасо всеобщейлогической формой, ноопосредуетсобой
конечное определение бытия посредством науки и техники дает содержанию бытия конечное определение. Достижение субъектом
первичного онтологического статуса и его формально-всеобщее
возвышение над объектом, как конечным предметом познания и
практического действия, есть главный результат научного познания.
Понимание науки как формы отношения субъекта и объекта, имеющей
практическое значение в определении их онтологического значения, но не
в познании сущности явлений природы, присутствует даже у таких ее
сторонников, как Л. Витгенштейн [8]: «В основе всего современного
мировоззрения лежит иллюзия, что так называемые законы природы
являются объяснением природных явлений. Таким образом, люди
останавливаются перед естественными законами как перед чем-то
неприкосновенным, как древние останавливались перед богом и судьбой» [1, с. 210]. Поскольку для науки важен практический результат, все ее
теоретические положения опосредуют собой данное абстрактное соотношение этих сторон бытия, конкретное тождество которых, как
абсолютное знание, составляет для нее недостижимую цель познания.
Практика и состоит по большему счету в достижении субъектом действия того онтологического уровня, который позволяем ему выступать в
качестве абстрактного тождества, отрицающего собой конечные моменты
бытия, производные от его собственного определения непосредственного
содержания. Не имея онтологического основания не в объективном мире,
не в субъективном мышлении, логическая форма бытия, являясь внешним
определением предмета, через которое субъект вступает с ним в нужное
практическое отношение, утверждая себя в качестве всеобщего начала, –
впервые возникает в ходе абстрагирующей деятельности мышления.
Поскольку эмпиризм не признает всеобщность и объективную значимость субъекта, то и основные выводы науки не обладают необходимой для
философии достоверностью. Формально-логическое определение бытия,
составляющее основу научного познания, опосредует собой формально
